Элитарные ориентации самоопределяющейся личности как психологическая реальность

Ориентацию на лучшие, т.е. "элитные" образцы профессионального и личностного самоопределения вполне можно обозначить как "элитарные ориентации" самоопределяющейся личности (см. Пряжников, 2000а, 2000б). Элитарные ориентации проявляются в самых разных и самых неожиданных сторонах нашей жизни (почти везде). Например, молодой человек планирует свои профессиональные перспективы и, конечно же, он очень часто хотя бы мечтает о том, чтобы занять более престижное (элитное) положение в обществе. Люди вступают в интимные отношения и очень часто, помимо чисто внешней привлекательности, для них важен и социальный статус своего партнера (начальника, знаменитости, просто лидера своей референтной группы или статус "приближенного" к этому лидеру). Очень часто разговоры в различных компаниях и "тусовках" сводятся к обсуждению местных или общегосударственных (всемирных) знаменитостей: кто что сказал, кто с кем куда пошел, кто в чем одет… Одно из объяснений популярности "мыльных телесериалов" заключается в том, что простые люди просто идентифицируют себя с героями, которые из нищеты" попадают в "высший свет" (типичный сюжет многих сериалов).
Если этих примеров реальности элитарных ориентаций недостаточно, то вспомните случай, когда Вы на каком-нибудь дне рождении, в театре, или просто на отдыхе, или в купе поезда находились рядом с известным на всю страну человеком (у многих было что-то подобное). В подавляющем большинстве случаев человек остается неравнодушным к такому "событию" и часто потом рассказывает (хвалится) о такой своей удаче. А смысл таких рассказов часто сводится к тому, что и "мы не лыком шиты", и "мы с элитой рядышком сидели" ("рядом с золотом лежали"). И это не должно никого обижать - это психологическая реальность.
Хотя именно психологи на подобные рассуждения реагируют очень болезненно, как будто самим обращением к теме элитарности им наносится личное оскорбление. Наблюдается ситуация, напоминающая недавнее прошлое, когда запрещали говорить о сексе (знаменитое - "в СССР секса нет!"), только сейчас это звучит иначе: "Секс, конечно, есть - это вполне "приличная" тема, но вот об элитарности говорить нельзя - это верх неприличия…". Быть может, для многих (особенно для "высококвалифицированных гуманитариев") тема элитарных ориентаций более интимная, чем тема секса? Но все-таки существует некая реальность, в частности - "личностная продажность", часто осуществляемая и ради удовлетворения своих престижных (элитарных) устремлений, и психологи просто обязаны хотя бы попытаться эту реальность осмыслить.
Элитарные ориентации берут свое начало еще в мире животных. Для многих высших животных (особенно стадных) смысл существования часто сводится не только к тому, чтобы насытиться или удовлетворить свои половые инстинкты, но, прежде всего, чтобы повысить свой статус в стае, а потом всеми силами его удерживать (см. Дольник, 1994). Даже домашние собаки постоянно играют в самую свою любимую игру - "кто главней в семье", поэтому опытные собаководы часто предупреждают: "Собаке сразу надо определить место в семье - самое последнее место (!), иначе она быстро станет настоящим диктатором".
Как известно, уже с ранних лет в воспитании ребенка важную роль играют сказки. Но сюжет многих сказок также ориентирован на определенные элитарные идеалы: бедный герой (или героиня) благодаря чудесным событиям превращается в прекрасного принца (или принцессу). В современных сказках герой в фантастических, невероятных приключениях из обычного (не богатого) человека становится сказочно богатым, т.е. опять же попадает в мир желанной и недоступной "элиты". Таким образом, идея перемещения "из грязи - в князи" заложена во многих из нас еще с пеленок.
Вся история человечества - это постоянная смена элит. При этом даже наблюдается постоянная закономерность: каждая новая элита обычно сильно критикует "привилегии" старой элиты, но как только приходит к власти, сама начинает создавать для себя привилегии, да еще и обосновывает их с помощью различных идеологических институтов. По мнению П.Л. Белкина, уже в первобытном обществе основными "стратегическими ресурсами" являются родовые, магические (психологические по своей природе - Н.П.) силы "могущества" и "превосходства". В дальнейшем эти силы преобразуются лишь по форме. "Там, где буржуазия стремится к получению прибавочной стоимости, а дворянство - к присвоению земельной ренты, вожди-аристократы собирают "дань уважения", - пишет П.Л. Белкин. - Престиж в рамках так называемой престижной экономики есть не что иное, как "прибавочная личность" (цит. по: Афанасьев, 1996. С. 11-12). Рассуждения о престиже, об элитарных ориентациях вновь позволяет нам обратиться к проблеме продажности, к проблеме "прибавочной личности" (по П.Л. Белкину).
Если все-таки признать, что большинство людей хотя бы интуитивно стремятся к более престижному (элитному) образу жизни, то возникает важный вопрос: а чем они готовы "заплатить" за достижение такого жизненного успеха? В том, что "платить" ("расплачиваться" чем-то значительным) все равно придется, мало кто сомневается. Даже на уровне обыденного сознания считается, что успех в карьере часто достигается определенными сделками с совестью (или хотя бы некоторыми внутренними компромиссами). Часто, встречаясь с "элитным", знаменитым человеком (или с большим начальником), люди невольно задают себе вопрос: а благодаря чему он стал таким важным и знаменитым, на каком основании он считает (или его считают) лучше, т.е. "элитнее" всех нас? И только разобравшись для себя с этим вопросом, человек выстраивает по отношению к знаменитости свое истинное отношение (которое следует отличать от внешнего восторга и почтения к любой знаменитости).
При определении своего уважительного (или неуважительного) отношения к элитному человеку может быть использована несложная модель, включающая следующие основные составляющие (основания) элитарности (см. Пряжников, 2000б. С. 155-158):



  1. Наличие внешних атрибутов элитарности (дорогой и модной одежды, эффектных манер поведения, богатства, связей с "сильными мира сего", известности-знаменитости, реальной власти и влияния, высокого официального статуса и должности, престижного образования, престижного места проживания и т.п.). При этом очень важно понять:
    • получены ли эти атрибуты путем самостоятельных усилий человека и если да, то чем пришлось человеку "расплатиться" за такой успех - совестью или своими талантами;
    • атрибуты элитарности просто достались человеку в готовом виде (например, в виде наследства или при счастливом стечении обстоятельств) и тогда спрашивается, можно ли уважать такого человека (или уместнее было бы просто завидовать ему)?
  1. Внутренние, более сущностные характеристики элитарности (творчество, интеллектуальная и этическая смелость в постановке таких вопросов, о которых обычные люди рассуждать побаиваются, организаторские, интеллектуальные, эстетические, этические, технические и другие способности и т.п.). Здесь также можно выделить разные проявления сущностных характеристик элитарности:
    • таланты, ориентированные на "добро", на поддержание и развитие у самого себя и у других людей чувства собственного достоинства и социальной справедливости;
    • таланты, ориентированные на "зло", имеющие эгоистическую природу (здесь также интересен вопрос: на какие сделки с совестью пошел человек ради развития в себе этих талантов и их реализации).

3. Харизматический образ элитного человека - уважение к человеку со стороны окружающих (или какой-то группы людей), независимо от его реальных внешних атрибутов элитарности и творческих возможностей (заметим, что многим людям очень нужны "харизматические идолы" и часто такие идолы создаются искусственно, но психолог должен понимать, что и искусственный "элитарный идол" - это тоже реальность).
Как известно, очень сложно (почти невозможно) четко определить, что такое "настоящая элита". В каждую эпоху, у каждого народа, в каждой социально-профессиональной общности и у каждого человека существует свой, часто тоже меняющийся образ "элитного". Такое положение порождает множество ошибок и спекуляций, но в целом человек пытается решить для себя основную проблему: на что я ориентируюсь - на подлинную элиту или на псевдоэлиту? Проблема осложняется тем, что для кого-то подлинная элита отождествляется с внешними атрибутами "красивой жизни", а для кого-то - только с сущностными характеристиками, ориентированными на идеалы творчества и доброты. И каждый по-своему прав!
Исходя из субъективного понимания элитарного идеала определяются и варианты "платы" за его достижение (или хотя бы за приближение к нему). Например, если этот идеал выводится из внешней атрибутики элитарности, т.е. важнейшими ценностями становятся дорогие вещи и престиж, то тогда человек делает для себя вывод: за такой идеал вполне можно заплатить и собственным достоинством, т.к. достоинство менее важно для него, чем внешние символы престижа. Но если человек ориентирован на идеал, связанный с творчеством и достоинством, то "расплачиваться" за приближение к такому идеалу своим уже имеющимся достоинством было бы просто бессмысленно. В этом случае человек готов сильно ограничить себя в материальных благах и прочих атрибутах "успешной" жизни. Естественно, лучше было бы и "жить красиво", и достоинство свое сохранить, но в том-то и заключается сложность личностного самоопределения, что часто приходится выбирать…
В целом элиту можно определить как группу, имеющую определенные преимущества (привилегии) по сравнению с другими людьми. Часто элита позволяет себе жить по своим законам, тогда как обычные люди вынуждены жить либо по нормам официального права, либо более строго придерживаться норм морали. Например, всем известно, что если представитель элиты даже совершает преступление, то благодаря связям и дорогому адвокату, его скорее всего оправдают или назначат гораздо меньшее наказание, чем обычному человеку. То, что позволено элите (и псевдоэлите), не позволено простому смертному.
Сказанное относится и к подлинной элите, ориентированной на творчество и достоинство, ведь, например, только настоящий мыслитель позволит себе рассуждать о том, о чем простые смертные даже подумать боятся, т.к. скованы существующими моральными нормами и предрассудками. И не дай бог, если таких настоящих мыслителей будет большинство: в обществе просто начнется хаос… Но без таких мыслителей общество обречено также и на стагнацию. Важно разумное соотношение между настоящей (подлинной) элитой, псевдоэлитой и довольными собой жизнерадостными обывателями.
Интересной особенностью псевдоэлиты является и то, что она обладает возможностью перераспределять чувство собственной значимости в свою пользу. Например, если представитель элиты ведет паразитический образ жизни (просто "прогуливает" доставшееся ему наследство), то общественное мнение все равно будет относиться к нему более уважительно (точнее, завистливо, но все-таки признавая такого человека "элитой"), чем к настоящему труженику, который еле сводит концы с концами (см. Пряжников, 1997. С. 176-178). Существующие (и существовавшие ранее) идеологические системы ловко обосновывают привилегии элиты и поддерживают в общественном сознании уважительное к ней отношение. А общественное сознание с радостью принимает такие обоснования, поскольку не может жить без элиты и часто даже "видит в элите отражение своих потаенных чаяний и надежд", хотя еще в христианских заповедях сказано: "Не сотвори себе кумира".
Правда, одновременно идеологическая система обосновывает и "преимущества" жизни "простого человека" (идея эгалитаризма), но все-таки при этом подразумевается, что элитой быть немного лучше. Кроме того, в большинстве развитых стран, где с помощью умелой рекламы создается "образ счастливого обывателя", уровень жизни достаточно высокий по сравнению с остальным миром и, поэтому средний обыватель реально чувствует свое превосходство над большинством населения Земли (а это уже псевдоэгалитаризм).
Анализ сущности элитарных ориентаций позволяет выделить их интересную особенность. Многие люди, реально оценивая свои возможности, стремятся не столько стать "элитой", сколько просто приблизиться к ней, почувствовать сами и рассказать окружающим о своей сопричастности к элите. Этому возможно следующее объяснение. Если простой человек переходит на следующий уровень социальной иерархии (попадает в более элитную группу), то он неизбежно сталкивается с тем, что межчеловеческие отношения значительно для него усложняются (известно, что чем престижнее "тусовка", тем в большей степени проявляются в ней "волчьи законы", основанные на зависти и интригах). Попав в более престижную среду, такой человек, скорее всего, вынужден будет довольствоваться довольно скромной социальной ролью и ему придется сильно постараться (в том числе и пойти на определенные внутренние компромиссы), чтобы занять в этой группе более привилегированное положение. И далеко не все на это способны (в элитных группах происходит довольно жесткий естественный отбор).
И тогда многим людям гораздо проще бывает, лишь соприкоснувшись с элитной группой (просто "отметившись" там), вновь вернуться в свою прежнюю, менее престижную группу, и занять в ней если и не самую главную, но все равно довольно приемлемую для него социальную роль, постоянно напоминая всем о том, что он "избранный", что его "приняли" в более престижной "тусовке" и, естественно, получать с этого определенные психологические выигрыши.
Возможность стать настоящей элитой многих просто пугает. Следует заметить, что лица, занимающие самую высокую иерархическую ступеньку (например, царь или сам Господь Бог) с элитой обычно не отождествляются, поэтому многие даже в мыслях себе не могут представить, что могут стать "самыми лучшими из лучших". Примечательно, что в качестве "нижней границы" элитарности можно выделить откровенное слабоумие, когда вообще нет никаких претензий быть "лучше, чем ты есть на самом деле". И в этом смысле (в смысле непривлекательности для большинства), верхняя иерархическая ступенька и самая нижняя как бы сливаются. Поэтому когда кто-то заявляет о своей претензии стать "самым-самым", то о нем говорят, что он, видимо, просто "свихнулся". И тогда обычный человек готов даже много "заплатить", чтобы его, не дай бог, кто-то не поставил на более высокую иерархическую ступеньку.
Быть самым лучшим - это значит, взять на себя огромную ответственность и выступать образцом совершенства. Но для многих людей (включая и представителей различных элит) важно сохранить за собой право на несовершенство (на различные слабости и пороки, от которых трудно отказаться). Быть просто сопричастным элите очень выгодно, т.к. от ее имени и под ее покровительством можно решать множество вопросов. Но при этом человек неизбежно сознательно ставит себя ниже некоего более высокого существа, под покровительством которого он действует. Для кого-то такое положение уже является фактом ущемления собственного достоинства, а для кого-то это вполне нормальное состояние. Но о последних почему-то принято говорить как о "холуях", как о "придворных", как о "слугах", как о "шестерках" и т.п., т.е. как о людях, не имеющих своего лица и своего мнения. И это тоже их плата за "успех".

11.2.3. Проблема элиты и псевдоэлиты в контексте рассмотрения проблемы личности и "мничности" (мнимой личности)

Проблема поиска элитарного идеала самоопределения может быть понята, если обратиться к противоположным образам. Например, выделение подлинной элитарности и псевдоэлитарности (хотя бы как предметов для дальнейшего осмысления) позволяет по-новому взглянуть и на некоторые новые понятия психологии личности. В частности, несколько расширить первоначальное значение нового термина, предложенного В.В. Петуховым и Т.А. Нежновой - "мнимая личность" ("мничность"), обозначающего неспособность человека к поступку в изменившейся социокультурной ситуации, когда требуется найти новые смыслы в существующих культурных нормах и запретах и, таким образом, сохранить преемственность культуры и свою целостность в ней. Применительно к проблеме элитарных ориентаций интересно привести некоторые рассуждения В.В. Петухова о "мничности" и "личности": "Личность принимает жесткие обыденные законы, но, стремясь поступать, быть, как все, - "обыкновенным чудом", исключением из житейских правил. Мничность же, наоборот, стремится получить результат сразу, стать исключительной (личностью) - не как все, подчеркивая "самоосуществление" индивидуальности как условие и цель развития общества. Легко предположить, как она, разузнав, например, про черты самоактуализирующейся личности (по А. Маслоу), пожелает воспроизвести их на себе, гордо заявляя всем - "хочу быть честным", добрым, храбрым, а то и "хочу любить". Но ничего не выходит: вылезая из повседневности, мничность остается посредственной, тяжко переживая и пытаясь скрыть свою "обыкновенность..." (Петухов, 1996. С. 72-73).
Поскольку и новые понятия также должны развиваться и быть в постоянном "движении", мы хотели бы несколько расширить исходное значение термина "мничность", увязав его с элитарной ориентацией человека, все-таки не желающего по-настоящему вырваться из обволакивающих сетей "массового сознания". Такой человек хочет стать лучше, но боится принимать ответственные решения, боится думать своей головой (вопреки "общественному мнению"), у него ничего не получается, вернее, получается только внешне (он может из себя что-то изображать и даже достигать определенного "положения в обществе", но в ответственные моменты смалодушничает, а то и "смалоумничает"). Такой человек "мнит" из себя что-то значительное (да еще нередко с претензией на свою исключительность, элитарность), но в итоге также получается - "мничность" (человек, который всего лишь "мнит" из себя личность).

11.2.4. Модель психологического "пространства" элитарности

Представленная ниже модель "пространства" элитарности (см. рис. 11.2) во многом близка к модели, предложенной В. Франклом, где на одной оси отражен традиционно понимаемый жизненный успех, а на другой, главной оси - "осуществление" человека как личности (Франкл, 1990. С. 303-306).
На нашей модели также имеются две оси: внешняя атрибутика элитарности (ось псевдоэлитарности) и подлинная элитарность, связанная с реальными проявлениями творчества и достоинства (подлинная, внутренняя элитарность) (см. рис. 11.2).
Можно следующим образом конкретизировать представленные на модели координаты.
1. Внешняя яркость проявляется через: модную одежду; престижные вещи; престижные знакомства; через знатную родословную; изысканные манеры поведения и интонации; через престижный "образ жизни" и престижные "социальные роли и стереотипы", через престижный "уезд" из "этой страны" за границу и т.п. Главное здесь то, что все эти внешние символы (атрибуты) элитарности являются общепринятыми (одобряемыми основной массой, не только на уровне группы, но и всего общества), хотя известно, что "количественное" одобрение далеко не всегда свидетельствует о "качественной", реальной культурной ценности данного элитарного идеала.

Элитарные ориентации самоопределяющейся личности как психологическая реальность - №1 - открытая онлайн библиотека
Пространство элитарности. По горизонтальной оси - внешние проявления элитарности (элитарная атрибутика), по вертикальной - внутренние проявления элитарности (подлинная элитарность)

2. Подлинная элитарность проявляется в служении идеалам добра, справедливости и истины, когда такое служение становится не средством достижения каких-либо благ (см. внешние символы элитарности), а является самоценностью; определенном, не обязательно "престижном" образе жизни (жизни творческой, героической, неординарной и т.п.).
Главное здесь то, что эти идеалы являются не столько общепринятыми (одобряемыми большинством, "стандартизированными" общественным мнением), сколько уникальными, индивидуально построенными, через такие идеалы человек реализует свою субъектность и далеко не всегда бывает признанным, "одобренным" и понятым большинством (массой). Как отмечает В.В. Петухов, "цель творчества - самоотдача, а не шумиха, не успех", "оно не имеет цели, т.е. не является действием, а имеет внутренний мотив, т.е. должно рассматриваться как деятельность" (Петухов, 1996. С. 116).
Традиционно связываемая с элитарностью власть может относиться как к внешним символам (власть вынужденная, выполняемая по алгоритму), так и к подлинной элитарности (власть, реализуемая через творчество, благородство и достоинство, в том числе и власть над собой).
Разделение "элитарности" и "псевдоэлитарности" близко к тому, как Э. Фромм разделял внешнюю и внутреннюю активность. По Э. Фромму, при внешней активности человек просто занят, он и его дело разделены (человек "отчужден" от своего дела, действие совершается над ним), тогда как при внутренней (подлинной, "неотчужденной") активности человек "ощущает себя как субъекта деятельности" и "оживляет все, чего бы он ни коснулся" (Фромм, 1990. С. 96-97).
В случае ориентации на подлинную элитарность человек прежде всего выступает как реальный творец, субъект, для которого важны не столько получаемые "выгоды", сколько сам процесс творчества (творчество - это и есть жизнь творца), а уже символы элитарности создаются (или соотносятся с личностью творца) окружающими людьми, эти символы появляются лишь потом (а иногда они вообще могут не появляться). В случае ориентации человека на псевдоэлитарность более важными становятся именно внешние символы элитарности (как результаты), тогда как сам процесс творчества воспринимается человеком как нечто вынужденное, по сути своей чуждое ему. Хотя в стремлении к таким символам человек может иногда демонстрировать чудеса ловкости, изобретательности и даже порядочности, но в глубине души все-таки продолжать ориентироваться не на эти ценности, а именно на внешние символы своего признания. Это также составляет одну из проблемных линий личностного развития.
Для психолога проблема заключается не в том, чтобы переориентировать человека на более "хороший" элитарный идеал (например, на подлинную элитарность), а в том, чтобы помочь ему найти именно свой вариант стремления к элитарности, который соответствует его собственным представлениям о смысле и общему уровню его духовного развития. Проблема эта усугубляется "двойственной моралью", характерной для современного общества. Как отмечала еще К. Хорни, с одной стороны "успехом восхищаются почти независимо от того, какими средствами он достигнут" ("в религии эта установка выражается в утверждении, что успех - это милость божья"), а с другой стороны, в поощрении "скромности и бескорыстия как социальных и религиозных добродетелей" (Хорни, 1982. С. 104). Кроме того, человек, с одной стороны, понимает, что для достижения успеха ему нужно проявить не только такие качества, как "предприимчивость" и "активность", но и "жестокость", "агрессивность", "враждебность", а с другой стороны, человек нуждается в "любви" и "привязанности", которые как бы исключают качества, приводящие его к успеху (Там же. С. 102-103). Все это часто лежит в основе возникновения "неврозов" и "чувства неполноценности", которые, по словам К. Хорни, "порождаются отказом от соперничества, когда оно является выражением несоответствия между высокими идеалами и реальными достижениями" (Там же. С. 100).
На схеме (см. рис.) "элита элиты" может быть охарактеризована как люди, добившиеся признания, успеха и благополучия в результате действительно творческой, достойной жизнедеятельности.
"Масса элиты" - это люди, часто лишь имитирующие творчество, но все-таки относящиеся к престижным общественным кругам, близкие к элите и часто составляющие лишь "фон" для проявления чувства элитарности у настоящих представителей элиты; это, например, могут быть люди, важно "прогуливающиеся по Елисейским полям", и о которых, по словам французских социологов М. Пэнсон и М. Мэнсон-Шарло, настоящие французские аристократы презрительно говорят как о "фауне" (Пэнсон, Пэнсон-Шарло, 1995. С. 203).
"Элита массы" - это люди, которые при реальном проявлении творчества и достоинства все-таки не смогли добиться внешнего признания, благополучия и знаменитости.
"Масса массы" - люди, которые смирились со своим внешним неблагополучием и никак уже не проявляют творчества при построении своего счастья. Их уделом остается лишь с затаенной радостью (а чаще - с завистью) наблюдать за жизнью более благополучных людей, например, приобщаться к элите через "мыльные оперы", через наблюдения за склоками в среде элиты, со смаком описываемыми в бульварной прессе и т.п.
Наконец, "средние слои" - это люди, которые частично вбирают в себя характеристики всех перечисленных групп, но которые могут при определенных условиях переместиться в эти группы.
Данная схема (см. рис.) позволяет не только оценивать устремления и реальное место других людей (используя для этого обобщенные стереотипы или конкретные примеры), но и каждому конкретному человеку более предметно размышлять о своих собственных элитарных ориентациях.

11.2.5. "Верхние" и "нижние" границы представлений об элитарности

На основании представленной модели "пространства элитарности" (см. рис.) можно условно обозначить верхнюю и нижнюю границы понятия "элитарность". Например, по оси творчества верхней границей можно было бы считать нечто божественное: Господа Бога трудно себе представить как представителя "элиты", поэтому даже для самых "шустрых" представителей элиты место Бога недосягаемо. Аналогично сложно представить "элитарным" и настоящего, труднопонимаемого современниками Гения, заслуги которого часто оценивают лишь потомки (и соответственно лишь потом относятся к нему почти как к божеству).
Интересно, что этологи, изучающие взаимоотношения стадных животных, обнаружили, что место высшей иерархии (место сверхиерарха) даже при самом тираничном вожаке стада также всегда остается вакантным. "В мире животных возможность сверхиерарха не реализована. Только у собак (ездовых, пастушеских или охотничьих) она реализуется: для вожаков стаи сверхиерарх - это их хозяин... он им не ровня, он божество,"- пишет В.Р. Дольник. Но если кто-то как-то приближен к такому "божеству", то он становится как бы "субдоминантом сверхиерарха", его "жрецом" со всеми вытекающими привилегиями и соответствующим уважением остальной стаи (Дольник, 1994. С. 145-146).
Нижней границей понятия "элитарность" по оси творчества является откровенное "слабоумие", когда человек просто не способен на высшие проявления духа. Правда, чистота и непорочность таких людей также позволяют на уровне общественного мнения относиться к ним как к "божьим людям". Верхнюю и нижнюю границу по оси творчества объединяет то, что ни "Бог", ни "божьи люди" по-настоящему еще не поняты, они загадочны для подавляющего большинства людей, перед ними по-своему преклоняются и одновременно страшатся их.
По оси внешней яркости (см. рис.) границы у обоих полюсов определяются отсутствием символов элитарности (престижной одежды, вещей, манер поведения, образа жизни и т.п.), приемлемых для данной группы, в данное время и в определенных условиях, т.е. несоответствием элитарному стандарту, который постоянно меняется как некая мода. Например, даже если вообразить, что люди столкнутся (может быть, когда-нибудь) с представителями более развитой цивилизации (или какой-то иной культуры), то еще неизвестно, будут ли эти представители восприниматься как "элитарные". Человеку массы (человеку псевдоэлиты), ориентированному на внешнюю, "декоративную" элитарность, очень трудно воспринимать что-то новое до тех пор, пока значимая для него социально-профессиональная среда не оценит это новое как нечто, заслуживающее восхищения. То же самое относится и к людям, не обладающим внешними символами элитарности, но искренне стремящимся к ним в своих помыслах. Для такого человека последняя модная марка автомобиля может оказаться важнее, чем все истины и красоты мира вместе взятые.
Приведенные выше рассуждения позволяют выдвинуть следующее предположение: и по оси творчества, и по оси внешней яркости пространства элитарности (см. рис.) общими границами понятия "элитарность" является недоступность понимания божества, гения или иной моды (иных символов элитарности). При этом большинство людей (масса) оценивают высшее творчество и благородство хотя и как непонятное, но вполне доступное при некотором желании (что выражается примерно в такой позиции: "если бы я захотел, то разобрался бы, сотворил, совершил, сделал бы "то же самое", что и гений, но я не хочу голову над этим ломать..."). Здесь мы можем говорить об иллюзии легкости реализации высшего творчества, когда человек "мнит", что ему оно доступно.
Высшие достижения по приобретению внешних символов элитарности многие воспринимают как вполне понятные (благодаря всепроникающей манипулятивной рекламе), но как труднодостижимые (это может быть выражено примерно в такой позиции: "я знаю, чего хочу, да вот не получается пока..."). Здесь также можно говорить об иллюзии, но уже об иллюзии знания, понимания. И в случае иллюзии легкости достижения высшего творчества и благородства (неужели быть гением так просто?), и в случае иллюзии понимания того, ради чего вся земная суета (неужели ради модных вещей и престижного времяпрепровождения по стандартному алгоритму, определяемому "общественным мнением" и "предрассудками"?..) мы имеем дело с проявлениями "мничности", когда кажется, что все просто и доступно. Но, как говорил М.К. Мамардашвили подлинная культура - это "практикуемая сложность", и именно через эту "сложность" соединения "вечного с настоящим" человек может "осмелиться быть" личностью (Мамардашвили, 1990. С. 173-176).