Надругательство над телами умерших (ст. 244 УК РФ)

Доведение до самоубийства (ст. 110 УК РФ).

Будет иметь место в случае, когда виновное лицо планирует использовать для дальнейшей трансплантации органы уже умершего человека. Не желая "марать руки" убийством потерпевшего, преступник может спровоцировать его на самостоятельное лишение себя жизни. Особое значение при квалификации играет способ совершения деяния: в качестве такового должны выступать угрозы, жестокое обращение или систематическое унижение человеческого достоинства потерпевшего.

Причинение вреда здоровью любой степени тяжести, побои и истязания (ст. ст. 112, 115, 116, 117 УК РФ).

Перечисленная группа преступлений характеризует воздействие на будущего донора, которое оказывалось на него в процессе принуждения к даче согласия на изъятие у него органов или тканей.

Следует отметить, что квалификация по некоторым из перечисленных статей может иметь место в двух различных случаях. Во-первых, причинение средней тяжести вреда здоровью может характеризовать способ совершения деяния, предусмотренного ст. 120 Уголовного кодекса (лицо применяло насилие к донору, чтобы принудить его к отдаче органа, и в результате причинило вред его здоровью). Во-вторых, это же деяние будет иметь место, если в результате незаконного изъятия органа или ткани у донора наступит ухудшение здоровья, которое подпадает под критерии вреда здоровью средней тяжести. В таком случае состав характеризует последствия, наступившие в результате совершения преступления, предусмотренного ст. 120 УК РФ.

Похищение человека (ст. 126 УК РФ).

Согласно общепринятой теории уголовного права объективную сторону данного преступления составляет действие, реализуемое субъектом в трех последовательных этапах. Применительно к цели последующего изъятия трансплантатов такими этапами будут: 1) захват потерпевшего; 2) его перемещение в другое место, по усмотрению преступника; 3) удержание будущего донора в этом месте против его желания. Способ похищения не влияет на квалификацию, поскольку не входит в число обязательных признаков состава.

Незаконное лишение свободы (ст. 127 УК РФ).

Отличается от похищения человека тем, что в данном случае потерпевший лишается свободы передвижения и насильственно удерживается в том месте, где он оказался по собственной воле (т.е. его никуда не перемещают). Подобная ситуация возможна, например, если донор сначала согласился на продажу своего органа и пришел с этой целью в "подпольную" клинику, а потом передумал и до начала операции попытался покинуть это место, однако тамошние работники не позволили ему этого сделать.

Незаконное помещение в психиатрический стационар (ст. 128 УК РФ).

Может применяться в качестве средства воздействия на будущего донора с целью сломить его волю и повлиять на принятие им решения о "добровольной" передаче своего органа (ткани) для трансплантации. Такой состав преступления подразумевает, что потерпевший является психически здоровым человеком, но его тем не менее помещают в соответствующее учреждение с нарушением установленного законом порядка оказания психиатрической помощи.

Надругательство над телами умерших (ст. 244 УК РФ).

В связи со сложностью квалификации подобных деяний при совершении их в целях извлечения у трупа биологических фрагментов организма мы рассмотрим этот состав преступления отдельно, в разделе 4.2 "Квалификация посягательств на телесную неприкосновенность умершего в целях использования органов или тканей трупа для трансплантации".

Следует также согласиться с мнением З.Л. Шхагапсоева, утверждающего, что даже законная трансплантация (а незаконная - еще с большей долей вероятности) потенциально может быть сопряжена с халатным отношением медицинских работников к своим обязанностям <1>. В этом случае возможна пересадка органа от больного донора, в результате чего может произойти заражение реципиента ВИЧ-инфекцией, венерическим заболеванием и т.п. В такой ситуации логичным представляется привлечение виновных лиц к ответственности по ст. ст. 121 или 122 УК РФ.

--------------------------------

<1> См.: Шхагапсоев З.Л. Проблемы уголовной ответственности за трансплантацию // Общество и право. 2009. N 2. С. 269.

Не менее оправданным представляется суждение Т.А. Фабрики, согласно которому ст. 120 может сопутствовать также ст. 140 УК РФ ("Отказ в предоставлении гражданину информации") <1>. Подобная квалификация, по мнению исследователя, возможна в случае, когда донора принудили к операции по изъятию у него органов для трансплантации путем обмана, субъектом которого выступает должностное лицо, обязанное предоставлять полную информацию об операции и еепоследствиях. Такое мнение полностью коррелирует с текстом уголовного закона. Объективную сторону предусмотренного диспозицией ст. 140 УК РФ преступного посягательства составляет не только "неправомерный отказ должностного лица в предоставлении собранных в установленном порядке документов и материалов, непосредственно затрагивающих права и свободы гражданина", но и "предоставление гражданину неполной или заведомо ложной информации". Не возникает проблем и с тем, что, в отличие от ст. 120, ст. 140 представляет собой материальный состав и предусматривает обязательное наступление в результате деяния определенных законом общественно опасных последствий (причинение вреда правам и законным интересам граждан). Хотя, как мы говорили выше, для квалификации по ст. 120 УК РФ не требуется наступления каких-либо последствий, думается, что уже сам факт начала реализации соответствующего преступного умысла сразу причинит вред охраняемым законом интересам личности. Таким образом, даже не причинив вреда здоровью потерпевшего, субъект преступления все равно вызовет своими действиями последствия, предусмотренные ст. 140 УК РФ, поскольку в любом случае посягнет на телесную неприкосновенность и нарушит предусмотренное российским законодательством право каждого давать согласие на трансплантацию, перед тем как подвергнуться хирургическому вмешательству.

--------------------------------

<1> См.: Фабрика Т.А. Указ.соч. С. 105.

Во всех случаях, когда в действиях лица содержатся признаки одновременно нескольких деяний, предусмотренных Уголовным кодексом, квалифицировать их следует по совокупности преступлений.

Подводя итог рассмотрению ст. 120 Уголовного кодекса РФ и возможностей ее совершенствования, остановимся на отдельных предложениях, которые связаны с существенными изменениями действующего уголовного закона.

В частности, Н.А. Горбунова предлагает внести в Уголовный кодекс такой состав преступления, как "Организация незаконных учреждений, осуществляющих забор, заготовку и трансплантацию органов и (или) тканей человека" <1>. В качестве главного обязательного признака таких учреждений исследователь называет их принадлежность к числу коммерческих предприятий (оказание ими платных услуг по трансплантации органов и тканей), а объективную сторону деяния формулирует как "деятельность по созданию и обеспечению функционирования соответствующего учреждения" (в том числе обеспечение донорским материалом, приобретение помещения, финансирование его ремонта и др.), а также "руководство таким учреждением" и "участие в его работе" (включая непосредственное вхождение в его состав и работу по обеспечению его деятельности).

--------------------------------

<1> См.: Горбунова Н.А. Влияние трансплантологии на развитие уголовного законодательства Российской Федерации // Медицинское право. 2008. N 3. С. 13 - 14.

Тем самым ученый фактически создает новый вид преступной организации, который ранее не был известен Уголовному кодексу РФ. Действительно, операции по пересадке органов в настоящее время, как уже говорилось ранее, может осуществлять только ограниченное число учреждений здравоохранения, которым такое право предоставлено соответствующим Приказом Минздрава России <1>. На всю страну таких учреждений по состоянию на октябрь 2015 г. насчитывалось 66, большая часть из них находится в Центральной России. Казалось бы, куда логичнее было бы при определении признаков запрещенной организации исходить из отсутствия ее в вышеупомянутом перечне (или его предшественнике, действовавшем на момент внесения предложений), однако исследователь пошла по другому пути и рассматривает преступную организацию через призму извлечения ею преступного дохода.

--------------------------------

<1>Приказ Минздрава России N 307н, РАН N 4 от 4 июня 2015 г. "Об утверждении Перечня учреждений здравоохранения, осуществляющих забор, заготовку и трансплантацию органов и (или) тканей человека" (в ред. от 10 сентября 2015 г.) // РГ. 2015. N 140.

Трудно сказать, насколько оправданной с точки зрения правоприменительной практики является такая статья. Чтобы привлекать кого-то к ответственности за участие в деятельности какого-либо учреждения, сначала нужно было бы прямо запретить в законодательстве само существование такого рода организаций, а этого в нашей стране не сделано. Кроме того, что делать, например, в случае, если операция по пересадке органа проводилась в существующей (официально зарегистрированной и лицензированной) медицинской организации, у которой нет права на осуществление подобных хирургических вмешательств (например, легальной частной клинике)? Нужно ли в таком случае наказывать ее учредителей? И что дальше делать с самой клиникой? Российские законы ведь не предусматривают возможности ее ликвидации.

Таким образом, предложение Н.А. Горбуновой в том виде, в каком оно изложено в ее работах, на практике порождает больше вопросов, чем ответов. Для его действительной реализации необходим, скорее, комплексный подход к решению этой проблемы, о чем нами еще будет сказано впоследствии.

Немало предложений по совершенствованию текста Уголовного кодекса связано с изменением его системы, а также определением в ней места изучаемых преступных деяний.

Например, некоторые исследователи обращают внимание на то, что УК РФ предусматривает специальные нормы, которые регулируют отношения, имеющие особую значимость. Такие особые случаи выводятся законодателем из-под действия общеуголовных норм и образуют отдельные составы. В качестве примеров предметов преступлений, оказывающих влияние на эти составы, обычно приводятся:

- предметы, имеющие особую историческую, научную, художественную или культурную ценность;

- наркотические средства, психотропные вещества или их аналоги;

- оружие, боеприпасы, взрывчатые вещества и взрывные устройства;

- ядерные материалы и радиоактивные вещества;

- сильнодействующие или ядовитые вещества и т.д.

Принимая во внимание единую конструкцию построения норм Уголовного кодекса Российской Федерации, эти исследователи считают необходимым по аналогии закрепить специальную норму, которая охраняла бы отношения в сфере законного оборота биокомпонентов человека.

Также при рассмотрении органов и тканей человека как особого предмета преступления ученые выделяют и другие вопросы. К примеру, будут ли корыстные посягательства на отношения в сфере охраны прав собственности на такие предметы считаться преступлениями против собственности? <1> Иными словами, стоит ли квалифицировать, к примеру, хищение почки из лечебного учреждения по ст. ст. 158 - 162 УК РФ?

--------------------------------

<1> См., например: Чернышева Ю.А. Перспективы совершенствования уголовного закона в части регламентации ответственности за преступления, связанные с незаконным изъятием органов и тканей человека, в Российской Федерации // Общество и право. 2013. N 2. С. 108.

Ответ на данный вопрос должен быть однозначным. По нашему мнению, не следует оценивать органы и ткани человека как собственность в гражданско-правовом ее понимании. Они, бесспорно, являются особым предметом преступлений, но их место в системе охраняемых уголовным законом отношений определено правильно - рядом с понятиями жизни и здоровья личности. Такое размещение соответствующего посягательства в структуре Уголовного кодекса РФ подчеркивает высший уровень значимости защищаемых им ценностей, поскольку личность и ее права занимают, по сравнению с собственностью, главенствующее положение.

Высказываемое отдельными юристами предложение о переносе ст. 120 в главу 25 "Преступления против здоровья населения и общественной нравственности" также, на наш взгляд, является несостоятельным. Как уже было аргументировано выше, место объекта этого преступления в системе уголовного закона представляется куда более значимым, нежели то, что занимает здоровье населения.

Наконец, самым радикальным предложением по совершенствованию уголовно-правовых запретов в рассматриваемой сфере можно признать пожелание выделить в тексте закона отдельную главу, которая бы охраняла указанные отношения. Насколько можно судить из научных публикаций авторов этой концепции, глава в результате должна получиться совсем небольшая по объему. Предположительно в нее должны войти всего три статьи:

- "Принуждение к изъятию органов или тканей человека для трансплантации";

- "Торговля органами и тканями человека";

- "Нарушение правил проведения операции по трансплантации".

В целом поддерживая идею увеличения числа составов преступлений в этой области, мы в то же время не можем согласиться с предложением о вынесении их в отдельную главу. Как уже неоднократно говорилось ранее, вполне достаточно будет уточнить содержание имеющейся в Уголовном кодексе РФ ст. 120, а также ввести в закон одну или две дополнительные статьи, направленные на охрану отношений в сфере трансплантации.

Поскольку предполагаемые новые нормы должны быть ориентированы в основном не на защиту живых доноров, а на контроль над самим процессом трансплантации и законностью оборота органов и тканей человека, уместнее всего будет поместить их в главу 25 "Преступления против здоровья населения и общественной нравственности".

Редакция первой из предлагаемых статей может выглядеть примерно следующим образом:

"Статья 235.2. Нарушение порядка трансплантации органов и тканей человека

1. Предоставление или получение любым лицом (в частности, медицинским работником, донором, реципиентом) любого неправомерного преимущества при проведении операций по трансплантации, -

наказывается лишением свободы на срок до двух лет.

2. Нарушение установленного законом порядка изъятия органов, тканей и (или) иных биологических фрагментов организма человека, а равно нарушение порядка их трансплантации, -

наказывается штрафом в размере до ста пятидесяти тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до одного года, либо ограничением свободы на срок до трех лет, либо принудительными работами на срок до двух лет, либо лишением свободы на тот же срок с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до трех лет или без такового.

3. То же деяние, если оно:

а) совершено группой лиц по предварительному сговору;

б) повлекло по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью донора или реципиента, -

наказывается лишением свободы на срок от двух до шести лет с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до трех лет или без такового.

4. Деяния, предусмотренные частями второй или третьей настоящей статьи, если они:

а) совершены организованной группой;

б) повлекли по неосторожности смерть донора или реципиента;

в) совершены из корыстных побуждений, -

наказываются лишением свободы на срок от четырех до десяти лет с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до трех лет или без такового".

Дополнительно следует предусмотреть в российском Уголовном кодексе отдельную статью, ставящую под запрет незаконный оборот биологического материала. Если верить данным правозащитной организации OrganWatch, расположенной в Беркли (США, штат Калифорния), "черный рынок" только такого органа, как почки, насчитывает в мире ежегодно от 15 до 20 тысяч нелегальных продаж. По словам специального прокурора Евросоюза Джонатана Рэйтела, "торговля органами представляет собой активно развивающуюся сферу", а "организованные преступные группировки охотятся на обе стороны сделки, которые являются весьма уязвимыми: на людей, страдающих от хронической нищеты, и отчаявшихся состоятельных пациентов, которые готовы сделать все, чтобы выжить" <1>.

--------------------------------

<1>Bilefsky, Dan. Black Market for Body Parts Spreads Among the Poor in Europe // The New York Times. URL: http://www.nytimes.com/2012/06/29/world/europe/black-market-for-body-parts-spreads-in-europe.html.

Наличие такого состава необходимо в том числе в интересах соблюдения международных договоренностей. Международно-правовая доктрина давно уже гласит, что любые коммерческие сделки с трансплантатами должны быть запрещены под угрозой уголовного наказания.

Первый шаг на пути к введению такого запрета был сделан еще в октябре 1987 г., когда 39-я Генеральная Ассамблея Всемирной медицинской ассоциации (TheWorldMedicalAssociation) <1> в Мадриде приняла Декларацию по трансплантации человеческих органов. Игнорировать официальные документы всемирно признанного "врачебного парламента", несмотря на отсутствие у него статуса официального межгосударственного статуса органа управления, было бы в корне неверно, поэтому мы признаем его первенство в регулировании трансплантации на межгосударственном уровне. Декларация по трансплантации человеческих органов 1987 г., впрочем, обошлась в интересующем нас вопросе единственным предложением: "Покупка и продажа предназначенных для трансплантации человеческих органов строго осуждается" (п. 8).

--------------------------------

<1> World Medical Association (WMA). URL: http://www.wma.net.

Уже через несколько лет обозначенная тема была развита Всемирной организацией здравоохранения в Своде основополагающих принципов по вопросам трансплантологии, утвержденном на 44-й Всемирной ассамблее, состоявшейся в 1991 г. Государствам, являющимся членами ВОЗ (Россия является таковым с момента основания, 7 апреля 1948 г.), рекомендовано придерживаться перечисленных в документе принципов, в том числе иметь в виду, что "человеческое тело, как и его части, не может быть объектом продажи и покупки".

В апреле 1997 г. Совет Европы на Парламентской Ассамблее, проходившей в испанском городе Овьедо, принял Конвенцию о защите прав и достоинства человека в связи с применением достижений биологии и медицины (Конвенция о правах человека и биомедицине) <1>. Статья 21 данного документа среди основных принципов изъятия органов и тканей у живых доноров в целях трансплантации предусматривает запрет на извлечение прибыли: "Тело человека и его части не должны как таковые являться источником получения финансовой выгоды". Данная формулировка фактически отражает те же самые, ранее упоминавшиеся, правила: нельзя торговать человеческими органами и тканями и получать от этого финансовую выгоду. В соответствии со ст. 25 государства - участники Конвенции обязались предусмотреть в национальном законодательстве надлежащие санкции за нарушение установленных в ней предписаний. Россия, однако, от подписания этого акта отказалась.

--------------------------------

<1>Конвенция о защите прав и достоинства человека в связи с применением достижений биологии и медицины: Конвенция о правах человека и биомедицине (Овьедо, 4 апреля 1997 г.; ETS/STE No. 164) // CouncilofEurope. URL: http://conventions.coe.int/Treaty/RUS/Treaties/Html/164.htm.

В 2008 г. участники Стамбульского саммита, проведенного с 30 апреля по 2 мая Трансплантационным обществом (TheTransplantationSociety; TTS) и Международным обществом нефрологии (InternationalSocietyofNephrology; ISN), приняли Стамбульскую декларацию о трансплантационном туризме и торговле органами <1>. В этом документе с абсолютной точностью определена главная причина "нежелательных действий, противоречащих этике в области трансплантации". Ею назван "глобальный дефицит донорских органов", во избежание которого каждое государство должно обеспечить подготовку и внедрение программ, направленных на предупреждение такого дефицита, и обеспечение возможности трансплантации для своих граждан посредством собственных ресурсов или за счет региональной кооперации усилий в этой области. Любая торговля органами должна быть запрещена (как и реклама таких действий), поскольку нарушает принципы равенства, справедливости и уважения к человеческому достоинству. При этом под "торговлей органами" Декларация предлагает понимать целый спектр связанных с ней деяний: найм, вербовку, транспортировку и перемещение живых и умерших людей либо их органов, их укрывательство, а также подделку необходимых документов. Среди способов совершения деяния названы не только угрозы, насилие и иные виды принуждения (включая служебное), но также и похищение, мошенничество и обман. Обязательными признаками "торговли" выступают извлечение выгоды (передача или получение оплаты либо иных выгод) и цели получения органов от донора (трансплантация).

--------------------------------

<1> The Declaration of Istanbul on Organ Trafficking and Transplant Tourism (Participants in the International Summit on Transplant Tourism and Organ Trafficking convened by The Transplantation Society and International Society of Nephrology in Istanbul, Turkey, April 30 - May 2, 2008) // The Declaration of Istanbul on Organ Trafficking and Transplant Tourism. URL: http://multivu.prnewswire.com/mnr/transplantationsociety/33914/docs/33914-Declaration_of_Istanbul-Lancet.pdf.

Наконец, в мае 2010 г. на 63-й ассамблее Всемирной организации здравоохранения был принят новый Свод основополагающих принципов по вопросам трансплантации человеческих клеток, тканей и органов <1>. Согласно Принципу 5, изложенному в данном документе, любые клетки, ткани и органы должны предоставляться донором реципиенту свободно, без каких-либо денежных выплат или иного вознаграждения, способного иметь денежное выражение. Всем странам предлагается поставить под запрет "покупку или предложение о покупке клеток, тканей или органов для трансплантации", а также их продажу живыми донорами либо ближайшими родственниками умершего. Отдельно, однако, оговаривается, что этот запрет не препятствует возмещению разумных и подтвержденных расходов, понесенных донором в результате операции (включая потерю дохода), и оплате расходов, связанных с обработкой, сохранением и доставкой биологического материала.

--------------------------------

<1> WHO Guiding Principles on Human Cell, Tissue and Organ Transplantation (May 2010) // World Health Organization (WHO). URL: http://www.who.int/transplantation/Guiding_PrinciplesTransplantation_WHA63.22en.pdf?ua=1.

В то же время более серьезного международно-правового документа, который запрещал бы торговлю органами на общемировом уровне, до недавнего времени не существовало. В конце 2009 г. в штаб-квартире ООН в Нью-Йорке были представлены результаты совместного исследования, подготовленного Советом Европы и ООН. Его авторы утверждали, что проблема торговли органами приобрела глобальный характер, а в международном праве, между тем, не содержится даже общих определений, связанных с торговлей и незаконной трансплантацией человеческих органов. Отсутствует четкая картина этих преступлений, нет и надлежащей статистики. Во многих странах торговля человеческими органами вообще не признана уголовно наказуемым деянием. В докладе было отмечено, что основой любого законодательства о пересадке органов должен стать полный запрет на получение финансовой выгоды в результате использования человеческого тела или его частей <1>. ООН и Совет Европы тогда договорились подготовить проект международной конвенции о запрете торговли человеческими органами и тканями, но на уровне ООН этого пока так и не произошло.

--------------------------------

<1> ООН и Совет Европы предлагают разработать международную конвенцию по запрещению торговли человеческими органами и тканями // Центр новостей ООН. URL: http://www.un.org/russian/news/story.asp?newsID=12458#.Vh6MFStQa-d.

Совет Европы, со своей стороны, довел ситуацию до логического финала и в марте 2015 г. принял Конвенцию против торговли человеческими органами <1>. Статья 4 этого документа призывает правительства стран-участников признать уголовно наказуемым деянием незаконное изъятие органов у живых или умерших доноров, если:

- такое изъятие осуществляется без свободного, информированного и прямо выраженного согласия живого или умершего донора, либо, если донор мертв, в случае, когда изъятие производится с нарушением законодательства страны;

- в возмещение изъятого органа живой донор либо третье лицо получает финансовую выгоду или сравнимые с ней иные выгоды;

- в возмещение изъятого у мертвого донора органа третье лицо получает финансовую выгоду или сравнимые с ней иные выгоды.

--------------------------------

<1> Council of Europe Convention against Trafficking in Human Organs (Santiago de Compostela, 25 марта 2015 г.; ETS/STE No. 216) // Council of Europe. URL: http://www.coe.int/ru/web/conventions/full-list/-/conventions/rms/09000016802e79ee.

Дополнительно рекомендуется признать преступлениями (и закрепить соответствующие изменения в национальном уголовном законе) следующие виды деяний:

- трансплантация органов от живых или умерших доноров, если такая трансплантация умышленно производится с нарушениями установленных в стране правил (ст. 6 Конвенции);

- умышленные действия по поиску и подбору доноров и реципиентов, если такая деятельность осуществляется ради получения финансовой выгоды или сравнимых с ней иных выгод для виновного, потерпевшего либо третьих лиц (ч. 1 ст. 7);

- предоставление или получение любым лицом (в частности, медицинским работником, политиком или частным лицом) любого неправомерного преимущества при проведении операций по трансплантации (ч. ч. 2 и 3 ст. 7);

- подготовка, консервация, хранение, перевозка, передача, получение, импорт или экспорт незаконно изъятых человеческих органов (ст. 8);

- соучастие в любом из вышеперечисленных преступлений, подстрекательство к их совершению, а также покушение на их совершение (ст. 9);

- реклама купли или продажи человеческих органов (ст. 21).

В качестве отягчающих наказание обстоятельств ст. 13 Конвенции рассматривает:

- наступление тяжких последствий (смерть или серьезный вред физическому и психическому здоровью потерпевшего);

- совершение преступления лицом с использованием своего служебного положения;

- совершение преступления в составе преступной организации;

- наличие судимости за ранее совершенное аналогичное преступление;

- совершение преступления в отношении ребенка или любого иного лица, которое должно быть признано особо уязвимым.

Страны - участники Конвенции также обязались установить соразмерные наказания за совершение такого рода преступлений (непременно связанные с лишением свободы), обеспечить конфискацию доходов, полученных при их совершении, и гарантировать прекращение деятельности любой организации, которая была вовлечена в соответствующее деяние (если не окончательно, то хотя бы временно).

В целях борьбы с незаконным трафиком человеческих органов Конвенция предусматривает и меры организационного характера: обеспечение в каждой стране прозрачной системы трансплантации, свободный доступ ктакого рода операциям любым категориям пациентов, адекватный сбор, анализ и обмен информацией, касающейся предусмотренного Конвенцией сотрудничества (включая данные о количестве совершенных на их территории преступлений).

В качестве главных мер предупреждения подобных преступных деяний ст. 21 Конвенции называет следующие:

- информационно-просветительская работа с медицинскими работниками и сотрудниками органов исполнительной власти, которые контролируют их по долгу службы;

- пропаганда в СМИ, направленная на формирование у неограниченного круга лиц суждения о наказуемости и опасности незаконного оборота человеческих органов.

Конвенция также предусматривает меры по защите жертв и компенсации им, профилактические мероприятия для обеспечения прозрачности и равноправного доступа к операциям по пересадке органов.

Специалисты Правительства РФ утверждают, что Россия принимала самое непосредственное участие в подготовке данного документа. В рабочую группу входили эксперты от нашей страны - представители Минздрава, МИД, Генеральной прокуратуры, Следственного комитета и некоторых подведомственных организаций. Работа была кропотливой и долгой, Конвенция готовилась в течение нескольких лет <1>. Россия подписала документ 24 сентября 2015 г., но по состоянию на октябрь 2015 г. пока его не ратифицировала.

--------------------------------

<1> См. об этом: Невинная И. Россия поддержала ЕС в вопросе запрета "серой" трансплантологии // РГ - RG.RU. URL: http://www.rg.ru/2014/07/18/transplantatsii-site-anons.html.

Несмотря на предпринимаемые меры, проблема незаконного оборота трансплантатов продолжает волновать медиков и юристов во всем мире. Первое упоминание об импорте человеческих органов в Западную Европу относится к 1987 г., когда правоохранительные органы Гватемалы обнаружили 30 детей, предназначенных для использования в этом бизнесе. В дальнейшем подобные случаи регистрировались в Бразилии, Аргентине, Мексике, Эквадоре, Гондурасе, Парагвае. А первым арестованным за нелегальную торговлю органами стал в 1996 г. гражданин Египта, скупавший почки у малообеспеченных сограждан по 12 тыс. долл. США за штуку <1>.

--------------------------------

<1> Трансплантация органов и тканей. Справка // РИА Новости. URL: http://ria.ru/society/20091001/187003474.html#13940970935063&message=resize&relto=register&action=addClass&value=registration#ixzz2vAlMCBgS.

Известный медицинский антрополог ЙоцукеШимазоно, доцент Университета Осаки (Япония), в докладе, подготовленном по заказу Всемирной организации здравоохранения, определил основные способы торговли органами в современном мире <1>. Самым распространенным из них является так называемый "трансплантационный туризм", когда будущие реципиенты сами отправляются за пределы своей, как правило, весьма цивилизованной страны, где торговля органами строго запрещена, в другие страны, чтобы там сделать операцию по пересадке им "местного" органа. Такого рода "туризм" чаще всего осуществляется при посредничестве медицинских работников, которые организуют путешествие и "вербуют" доноров и реципиентов. Довольно часто для привлечения клиентов из-за рубежа используется Интернет. Некоторые сайты предлагают услуги по трансплантации почки по системе "все включено": трансфер, медуслуги, проживание и питание. Цена подобного "пакета услуг" составляет от 70000 до 160000 долл. Местом проведения операции чаще всего оказываются Пакистан или Филиппины.

--------------------------------

<1> Yosuke Shimazono. The state of the international organ trade: a provisional picture based on integration of available information // World Health Organization (WHO). URL: http://www.who.int/bulletin/volumes/85/12/06-039370.pdf?ua=1.

Широко известным примером "трансплантационного туризма" служит уголовное дело 2012 г. Тогда ключевым свидетелем обвинения стал канадец Рауль Фейн, консультант по инвестициям, заплативший за свою "туристическую поездку" 127000 долл. Информацию о такой возможности гражданин получил от собственных родственников из Израиля, которые помогли ему связаться с нужным врачом. Тот, в свою очередь, получил всю медицинскую документацию и переправил ее в Турцию, где была проведена экспертиза возможности пересадки. Уже через две недели Фейн и сам отправился вслед за документами и получил положительное заключение. На самолет, летевший из Стамбула в Косово, он садился уже вместе с Анной Русаленко, 45-летней женщиной из Восточной Сибири, которой преступники пообещали заплатить за ее почку. Сразу после приземления донора и реципиента доставили в подпольную клинику, расположенную в одном из самых неприглядных районов города, где в течение нескольких часов провели операцию по пересадке органа. Русаленко и еще два десятка доноров, давших согласие на подобные манипуляции со своим телом, обещанных денег так и не получили. Фейн вернулся домой и продолжал спокойно жить: в самой Канаде продажа органов является преступлением, но национальное законодательство напрямую не запрещает канадцам приобретать себе органы за рубежом. Возбужденное в результате уголовное дело на международном уровне вскрыло масштабную сеть людей, денег и органов, перемещающихся чуть ли не по всему миру <1>.

--------------------------------

<1>См. обэтом: Toronto man who bought kidney abroad is key witness in transplant sale trial in Kosovo // The Star.com. URL: http://www.thestar.com/news/canada/2012/01/22/toronto_man_who_bought_kidney_abroad_is_key_witness_in_transplant_sale_trial_in_kosovo.html#.

Другие способы проведения коммерческих сделок с органами также связаны с перемещением какой-либо стороны из страны в страну. Выявлялись случаи, когда в США приезжал оплаченный заранее донор и сдавал орган в нужную больницу "безвозмездно", для конкретного лица, притворяясь "старым другом семьи" или "давно забытым родственником". Иногда и донору, и реципиенту приходится выехать в третью страну, которая лояльнее относится ктакого рода операциям.

Нередко пациенты умирают там же, в чужой стране, в результате неудачно проведенного хирургического вмешательства. ЙоцукеШимазоно в своей работе приводит сравнительную таблицу числа проведенных зарубежных операций и количества выживших после них. Процент выживших в этом случае ниже уровня, характерного для легальной трансплантации, - в среднем от 80 до 90% (в зависимости от времени и места проведения операции). Данное обстоятельство объясняется прежде всего организационными проблемами, некачественными медицинскими практиками (мало какая нелегальная клиника способна обеспечить полную техническую оснащенность больницы и высокий профессионализм врачей-трансплантологов), а также высокой вероятностью заражения реципиента вирусами гепатита B и C или ВИЧ. Сообщается и о случаях принуждения к отдаче почки, а также о случаях мошенничества в отношении доноров.

Полностью искоренить подобные негативные тенденции вряд ли получится: слишком уж велико желание людей выжить, ради которого они готовы пойти на все. Выход из сложившейся ситуации специалисты ВОЗ видят в том, чтобы продолжать развивать международное сотрудничество в этой сфере: более четко прописать на межнациональном уровне запрет на международную торговлю органами, рассмотреть возможность принятия особых правил транснациональной трансплантации, унифицировать внутригосударственное правовое регулирование уголовной ответственности за нарушения в данной области.

В свете всего вышесказанного крайнее недоумение вызывают суждения отдельных исследователей, которые считают, что российскому уголовному закону вообще не нужна статья о незаконном обороте человеческих органов и тканей <1>. По их мнению, человеческие органы и ткани нельзя отождествлять с наркотическими и психотропными веществами, а следовательно, их оборот сам по себе в принципе не создает никакой опасности для общества и такого объекта, как здоровье населения ("опасность они могут представлять только в том случае, если в результате нарушения правил их хранения и эксплуатации произошло заражение органа", однако тогда "речь идет не о незаконном хранении, а о нарушении правил хранения органов"). Эти ученые также считают "нецелесообразным" привлечение к уголовной ответственности доноров, которые преследуют цель получения вознаграждения за проданный ими орган. Думается, что подобные суждения совершенно недопустимы в профессиональной юридической среде, поскольку прямо противоречат как общепризнанным международным принципам трансплантации, так и отчасти российским правовым нормам.

--------------------------------

<1> См., например: Савельева О.Ю. Уголовная ответственность за преступления против личности, связанные с изъятием и использованием органов или тканей человека // Вектор науки Тольяттинского государственного университета. Сер.: Юридические науки. 2010. N 3. С. 185.

Купля-продажа органов должна быть запрещена, в первую очередь в целях выполнения нашей страной принятых на себя международных обязательств. Россия, со своей стороны, могла бы попробовать решить эту проблему путем внесения новой нормы в главу 25 "Преступления против здоровья населения и общественной нравственности". Запрет должен быть направлен на пресечение любых действий, которые могут поспособствовать нелегальному обороту органов и тканей на нашей территории.

Предлагаемая нами редакция статьи выглядит следующим образом:

"Статья 235.3. Незаконный оборот органов и тканей человека

1. Нарушение правил приобретения, учета, хранения, передачи, перевозки, ввоза или вывоза органов, тканей и (или) иных биологических фрагментов организма человека, совершенное лицом, в обязанности которого входит соблюдение установленных правил, если это повлекло по неосторожности тяжкие последствия, -

наказывается штрафом в размере до ста пятидесяти тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до одного года, либо ограничением свободы на срок до трех лет, либо принудительными работами на срок до двух лет, либо лишением свободы на тот же срок с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до трех лет или без такового.

2. То же деяние, совершенное:

а) группой лиц по предварительному сговору или организованной группой;

б) лицом с использованием служебного положения;

в) из корыстной или иной личной заинтересованности, -

наказывается лишением свободы на срок от двух до четырех лет с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до трех лет или без такового.

3. Незаконные приобретение, продажа, консервация, хранение, перевозка, пересылка, передача, получение в целях сбыта, сбыт или пересадка заведомо незаконно изъятых органов, тканей и (или) иных биологических фрагментов организма человека либо биологических объектов, происхождение которых неизвестно, а равно реклама любого из перечисленных действий, -

наказываются лишением свободы на срок от двух до четырех лет с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до трех лет или без такового.

4. Деяние, предусмотренное частью третьей настоящей статьи, если оно совершено:

а) группой лиц по предварительному сговору или организованной группой;

б) лицом с использованием служебного положения;

в) из корыстной или иной личной заинтересованности, -

наказывается лишением свободы на срок от трех до шести лет с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до трех лет или без такового.

5. Умышленные действия по поиску и подбору доноров и реципиентов, если такая деятельность осуществляется ради получения финансовой или иной выгоды для виновного, потерпевшего либо третьих лиц, -

наказываются штрафом в размере до ста пятидесяти тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до одного года, либо ограничением свободы на срок до трех лет, либо принудительными работами на срок до двух лет, либо лишением свободы на тот же срок с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до трех лет или без такового".

Запрет на торговлю органами в России, таким образом, получит надлежащее правовое обеспечение. В нашем в целом не очень законопослушном обществе такая статья представляется нужной и своевременной. Тем более что абзац 4 ст. 1 Закона РФ "О трансплантации органов и (или) тканей человека" четко прописывает, что органы и ткани не могут быть предметом купли-продажи и таковая "влечет уголовную ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации". В настоящее время указанное положение остается подвешенным в воздухе, поскольку никакой ответственности за куплю-продажу органов Уголовный кодекс не предусматривает. Единственным правовым актом, констатирующим противоправность подобных деяний, остается Закон о трансплантации. Его ст. 15 также устанавливает, что учреждению здравоохранения, которому разрешено проводить операции по забору и заготовке органов и (или) тканей у трупа, запрещается осуществлять их продажу (из-под действия запрета выведены только препараты и пересадочные материалы, для приготовления которых использованы тканевые компоненты).

Стоит отметить, что в ходе формулирования предлагаемого проекта соответствующей статьи Уголовного кодекса мы намеренно расширили перечень запрещенных деяний за счет включения в их число иных действий, кроме купли-продажи. Тот факт, что действующее российское законодательство запрещает только один вид возможных сделок с органами и тканями, представляется нам в корне неверным. Как правильно отмечает, к примеру, Е.Ф. Евсеев, биологические объекты, изъятые у человека, могут выступать объектом и иных сделок (например, дарения, хранения и т.д.), которые, если трактовать закон буквально, в России не запрещены <1>. Не следует давать преступникам повод додуматься до заключения возмездных сделок под видом безвозмездных.

--------------------------------

<1> Евсеев Е.Ф. Правовой статус человеческого организма и его частей // Адвокат. 2010. N 6. С. 37 - 38.

Интересно, кстати, что мнение мировой общественности на этот счет далеко не так однозначно, как может показаться. Вопрос легализации рынка органов в последнее время активно обсуждается, к примеру, в США. Там давно уже подсчитали, что если всего 0,06% взрослого населения страны продадут по одной почке, то они обеспечат всех сограждан, нуждающихся в пересадке <1>. Не такой уж большой процент при учете того, что в стране ежегодно гибнут тысячи людей, которые так и не успели дождаться необходимого им органа. В ходе реализации такой возможности американские специалисты даже готовы в чем-то равняться на Иран (в этой стране на законодательном уровне разрешена торговля органами, и тамошние "продавцы" получают за почку от 2 до 4 тыс. долл.).

--------------------------------

<1>См. обэтом: Psst, wanna buy a kidney? // The Economist. URL: http://www.economist.com/node/8173039.

Думается, однако, что нашей стране точно рано всерьез задумываться о возможности легализации такого рода сделок. Анализ мирового "черного рынка" неоднократно показывал, что платными донорами становятся, как правило, представители незащищенных социальных групп, которые остро нуждаются в деньгах и не особо задумываются, каким именно способом их заработать. Для таких лиц возможность продать свою почку сродни возможности сдать найденные в мусоре бутылки и алюминиевые банки - и то, и другое годится, чтобы извлечь некий доход, который позволил бы не работать и продолжать вести асоциальный образ жизни, к какому они привыкли. Между тем именно такие доноры наиболее опасны для реципиента, поскольку опять-таки в силу их образа жизни не имеют доступа к медицинским обследованиям и могут быть носителями опасных инфекций. Их органы при нормальном отношении к делу подлежали бы выбраковке во избежание неприятных последствий. Однако несовершенство метода проверки органов не всегда позволяет это сделать. В мире неоднократно фиксировались случаи заражения ВИЧ и гепатитом C через донорский орган.

Среди дополнительных уголовно-правовых и организационных мер, которые предлагаются юристами для борьбы с рассматриваемой группой преступлений, хотелось бы выделить следующие:

- оснащение всех реанимационных отделений учреждений здравоохранения, в которых происходит изъятие органов для трансплантации, специальной аппаратурой (камерами видеонаблюдения, компьютерной техникой и т.п.) <1>;

- развитие трансплантологической науки, что позволило бы сократить дефицит донорских органов (в частности, внедрение в медицинскую практику замены настоящих органов искусственными, специально выращенными, и ксенотрансплантация, т.е. пересадка органов животных человеку) <2>;

- дополнение ст. 63 УК РФ новым отягчающим обстоятельством - "совершение преступления с целью использования органов и (или) тканей человека" <3>;

- выявление посредников в совершении такого рода преступлений и "площадок", на которых "клиенты" (потенциальные доноры и реципиенты) находят возможность поучаствовать в преступной деятельности (делать это лучше всего посредством мониторинга объявлений в Интернете) <4>;

- осуществление виктимологической профилактики - просвещение населения по вопросам легальных способов получения медицинской помощи, связанной с трансплантацией органов и тканей, а также информирование о потенциальных угрозах гражданам, в том числе выезжающим за рубеж в целях трудоустройства или проведения операции <5>;

- организация работы "телефона доверия", по которому можно было бы сообщить о готовящихся и ранее совершенных преступных посягательствах, связанных с незаконной трансплантацией <6>.

--------------------------------

<1> См. об этом: Соловьев А.П. Предупреждение преступлений в сфере здравоохранения: Дис. ... канд. юрид. наук. М., 2007. С. 145 - 146.

<2> См. об этом: Соловьев А.П. Незаконная трансплантация органов и (или) тканей человека и ее предупреждение // Актуальные проблемы российского права. 2007. N 1. С. 559.

<3> См. об этом: Якименко А.С. Указ.соч. С. 57.

<4> См. об этом: Соловьев А.П. Незаконная трансплантация органов и (или) тканей человека и ее предупреждение // Актуальные проблемы российского права. 2007. N 1. С. 560.

<5> См. об этом: Коваленко В.И. Криминологическая оценка незаконной трансплантации органов и тканей человека в России // Юрист-правоведъ. 2011. N 6. С. 54.

<6> Там же. С. 54.

К числу предложений, не находящих у нас поддержки, относится суждение Н.А. Колчиной о необходимости внесения в Уголовный кодекс отдельной нормы под названием "Создание не предусмотренной законом организации в целях осуществления трансплантации органов и (или) тканей человека либо совершения сделок с ними" <1>. Автор проекта статьи считает возможным рассматривать в качестве основного состава преступления "создание или руководство не предусмотренной законом организацией, целью деятельности которой является осуществление трансплантации органов и (или) тканей человека либо совершение сделок с ними". Имеются в проекте статьи и квалифицированные составы: "участие в деятельности не предусмотренной законом организации по трансплантации органов и (или) тканей человека или совершению сделок с ними" (ч. 2) и "деяния, предусмотренные частями первой или второй настоящей статьи, совершенные лицом с использованием своего служебного положения" (ч. 3). Поместить данную статью предлагается в главу 16 "Преступления против жизни и здоровья", сразу после ст. 120 УК РФ.

--------------------------------

<1> Колчина Н.А. Организационно-правовой механизм борьбы с убийствами, совершенными в целях использования органов и (или) тканей потерпевшего: Дис. ... канд. юрид. наук. М., 2011. С. 93.

Подобная постановка вопроса вызывает большие сомнения, в первую очередь именно из-за неуместного размещения состава преступления в общей системе Особенной части Уголовного кодекса РФ. Создание каких-либо организаций, пусть и ставящих перед собой задачу незаконной трансплантации органов, вряд ли непосредственно посягает на жизнь и здоровье личности. Такому составу место, скорее, в главе 25 "Преступления против здоровья населения и общественной нравственности", поскольку речь идет больше о потенциальной угрозе обществу и отдельным его членам, чем конкретным личностям. В остальном мы полагаем, что упомянутые автором проекта статьи нарушения в той или иной степени охватываются предложенной нами нормой ст. 235.3, с учетом ее квалифицированных составов. Установление ответственности за сам по себе факт создания организованной группы или преступной организации в предусмотренной законом форме является в российском Уголовном кодексе большой редкостью и связан с существенно более высоким уровнем общественной опасности такого рода формирований.

Глава 4. РЕГУЛИРОВАНИЕ ПОСМЕРТНОГО ИЗЪЯТИЯ ОРГАНОВ

ДЛЯ ТРАНСПЛАНТАЦИИ В УГОЛОВНОМ ПРАВЕ

4.1. Квалификация умышленного причинения смерти лицу в целях

использования его органов или тканей для трансплантации

Умышленное посягательство на жизнь человека, которое было совершено в целях получения биологического материала, если оно повлекло смерть потерпевшего, рассматривается с позиции уголовного законодательства как квалифицированное убийство, предусмотренное п. "м" ч. 2 ст. 105 УК РФ (убийство в целях использования органов или тканей потерпевшего).

Следует отметить, что до принятия УК РФ в 1996 г. такой вид преступления в нашей стране законом не предусматривался. В статье 102 Уголовного кодекса РСФСР 1960 г. отсутствовало специальное указание на подобную мотивацию действий виновного лица.

В настоящее время соответствующая цель преступника образует квалифицирующий признак субъективной стороны деяния и влечет повышенную уголовную ответственность в сравнении с простым убийством. Усиление ответственности связано с более высоким уровнем общественной опасности деяния, поскольку такого рода убийства отличаются особым цинизмом, проявляющимся в обращении с человеком как с вещью. Игнорирование ценности человеческой жизни не зря поставлено на первое место в системе Особенной части Уголовного кодекса и считается тягчайшим преступлением из всех возможных. Когда же подобное деяние сопровождается целью изъятия органов и тканей человека, это подрывает доверие к трансплантации в целом и медицинским работникам в частности.

Итак, непосредственным объектом преступления, предусмотренного п. "м" ч. 2 ст. 105 УК РФ, является жизнь человека. Уголовный закон не предъявляет никаких особых требований к потерпевшему, из чего следует, что таковым может выступать любое лицо, вне зависимости от возраста, пола и прочих характеристик.

Объективная сторона рассматриваемого деяния типична для ст. 105 УК РФ - причинение смерти другому человеку.

Закон не оговаривает вида и способа совершения деяния, однако теоретический анализ позволяет предположить, что преступник может прибегнуть как к действию (в частности, удар по голове, причинение любых травм, несовместимых с жизнью), так и к бездействию (например, неоказание реанимационной помощи пациенту лицом, обязанным это сделать в соответствии с законом или специальным правилом).

Продолжая рассмотрение бездействия в качестве формы такого деяния, следует выделить две его разновидности - бездействие-невмешательство и бездействие, создающее опасность. Обе они базируются на общих положениях науки уголовного права, но различаются по содержанию.

При бездействии-невмешательстве мы имеем дело с умышленным бездействием врача, выразившимся в непроведении мероприятий по реанимации, которую он мог и должен был провести в силу угрозы наступления биологической смерти. Основным критерием в этом случае выступает непричастность субъекта преступления к причинам, вызвавшим ухудшение состояния пациента. Врач-преступник может, к примеру, пассивно наблюдать за падением жизненных показателей человека и не делать ничего, чтобы изменить ситуацию. Потерпевший умрет, так и не дождавшись помощи.

При бездействии, создающем опасность, врач целенаправленно и последовательно доводит пациента до критической точки, не выполняя своих обязанностей по надлежащему лечению больного. Причины, вызвавшие ухудшение состояния потерпевшего, которое привело к его смерти, тут уже полностью зависят от бездействия субъекта преступления.

Некоторые правоведы считают, что от вида бездействия напрямую зависит правильная квалификация содеянного - будет ли это квалифицированное убийство (п. "м" ч. 2 ст. 105 УК РФ) или неоказание помощи больному (ч. 2 ст. 124 УК РФ) <1>. По их мнению, бездействие-невмешательство должно влечь ответственность по ст. 124 Уголовного кодекса. Однако с подобной квалификацией сложно согласиться. Часть 2 ст. 124 УК РФ абсолютно четко прописывает как объективную, так и субъективную сторону деяния. Состав этого преступления предусматривает одновременно две формы вины, причем в отношении последствий (смерти потерпевшего) законодателем установлена неосторожность. Вряд ли случай намеренного непроведения реанимации пациента, пусть и пришедшего в критическое состояние без участия врача, можно расценивать как легкомыслие или небрежность.

--------------------------------

<1> См., например: Бедрин Л.М. Ответственность медицинских и фармацевтических работников за профессиональные правонарушения. Ярославль, 1996. С. 357.

В науке встречается и более радикальная точка зрения. Отдельные ученые настаивают на том, что невыполнение врачом своих профессиональных обязанностей, если оно повлекло смерть пациента, должно оцениваться как преступное исключительно при активном создании виновным условий для наступления смерти. Так, сторонник данного подхода В.И. Ткаченко вообще опровергает саму возможность совершения убийства путем бездействия, поскольку при бездействии лицо не совершает активных волевых целенаправленных действий по причинению физического вреда, а лишь создает условия для разрушительной работы стихийных сил (в данном случае - патологических субклеточных, клеточных, тканевых и органных процессов) <1>.

--------------------------------

<1> См. об этом: Бородин С.В. Преступления против жизни. М., 1999. С. 242.

Думается, что подобные суждения должны быть подвергнуты самой критической оценке. Наука уголовного права давно признала, что бездействие способно причинить вред охраняемым уголовным законом общественным отношениям в том числе и опосредованно, путем воздействия каких-либо сил, которые могли быть устранены, если бы преступник не бездействовал. Таким образом, считаем необходимым и вполне оправданным полагать, что предусмотренное п. "м" ч. 2 ст. 105 УК РФ деяние может совершаться в форме как действия, так и бездействия.

В качестве примера совершения такого рода деяния можно рассмотреть следующее уголовное дело. Двое хирургов, работавших в Московской городской клинической больнице N 20, были осуждены за то, что 11 апреля 2003 г. группой лиц по предварительному сговору создали условия для причинения смерти другому человеку в целях использования органов потерпевшего, а именно провели мероприятия по подготовке к операции по изъятию почек у находящегося в состоянии комы в связи с черепно-мозговой травмой больного О. Реализуя свой умысел, обвиняемые не планировали и не проводили мероприятий по сохранению жизни О., а создали условия для умышленного лишения его жизни. С этой целью потерпевшему вводились лекарственные препараты, не относящиеся к лечению, без констатирования смерти в установленном законом порядке он был отключен от аппаратуры жизнеобеспечения и перемещен в перевязочную, ему связали руки за головой и обработали операционное поле йодом, были подготовлены операционные инструменты, хирурги надевали специальную одежду, и в этот момент их действия были прекращены сотрудниками милиции и врачами госпиталя. На тот момент потерпевший был еще жив, но позже скончался <1>.

--------------------------------

<1> Кассационное определение Верховного Суда РФ от 19 апреля 2005 г. N 5-О05-48 // СПС "КонсультантПлюс". 2015.

В приведенном примере мы имеем дело с сочетанием преступных действий (введение не прописанных больному лекарственных препаратов, подготовка к операции по изъятию органов) и преступного бездействия (непроведение мероприятий по сохранению жизни потерпевшего).

Поскольку рассматриваемая норма подразумевает наступление определенного общественно опасного последствия (смерть человека), состав является материальным, то есть преступление будет считаться оконченным с момента наступления предусмотренного законом последствия. Конечная цель преступника при этом не влияет на определение момента окончания деяния. Даже если виновный в итоге по каким-то причинам не сможет использовать изъятый у жертвы биологический материал, уголовная ответственность должна наступить за оконченное деяние.

На практике подобная формулировка диспозиции влечет большие сложности при квалификации. Как верно отмечает С.В. Домрачев, доказывание умысла на причинение смерти именно с целью последующей трансплантации органов сильно осложнено, и провести грань между врачебной ошибкой и преступной направленностью деяния в некоторых случаях (особенно когда виновные лица по каким-то причинам так и не смогли провести операцию по изъятию биологического материала) практически невозможно <1>.

--------------------------------

<1> См. Домрачев С.В. Незаконная трансплантация органов и тканей умершего человека: уголовно-правовые аспекты // LEX RUSSICA. 2007. Т. LXVI. N 6. С. 1197.

Субъект преступления в пункте "м" ч. 2 ст. 105 УК РФ также специально не оговорен. Исходя из общих правил, можно сделать вывод, что таковым может выступать любое лицо, если оно является вменяемым и достигло 16-летнего возраста. Обратим внимание на тот факт, что преступник, в понимании законодателя, не должен обладать никакими дополнительными признаками. Таким образом, в качестве субъекта может выступать как врач, производящий над потерпевшим соответствующую операцию, так и любой другой человек, не наделенный специальными знаниями в области трансплантологии.

Субъективная сторона деяния характеризуется прямым умыслом, каковой всегда имеет место в случае, если законом предусмотрена цель преступного посягательства. В анализируемой статье в качестве цели указано "использование органов и тканей потерпевшего".

Обращает на себя внимание факт различия понятий, введенных отечественным законодателем для характеристики преступных посягательств в сфере трансплантологии. В различных нормах используются разные термины - "использование" и "изъятие". Если в ранее рассмотренной ст. 120 УК РФ речь шла именно об изъятии (фактически насильственном лишении донора конкретных органов или тканей), то здесь в виду имеется уже конечная цель такого изъятия - использование, то есть, грубо говоря, последующее извлечение полезных свойств изъятых органов.

Как отмечают некоторые исследователи, различия в содержании понятий, используемых при конструировании ст. 120 УК РФ и составов убийства, а также умышленного причинения тяжкого вреда здоровью человека с той же целью (п. "ж" ч. 2 ст. 111 УК РФ), способны породить неоднозначную трактовку способов совершения деяния. В указанном контексте особенно любопытной представляется позиция С.В. Бородина, который относит содержание п. "м" ч. 2 ст. 105 УК РФ к числу отягчающих обстоятельств, характеризующих именно объективную сторону убийства <1>.

--------------------------------

<1> См. об этом: Бакулина Л.В. Правовой статус и обеспечение личных и социально-экономических прав осужденных к лишению свободы: Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. Казань, 2000. С. 46.

Думается, однако, что подобный подход является неверным. Цель изъятия органов или тканей человека характеризует внутреннее стремление лица к получению донорского материала при отсутствии для этого каких-либо правовых оснований. Эта цель в случае квалифицированных составов ст. ст. 105 и 111 УК РФ достигается уже после завершения преступления, что следует из толкования текста соответствующих правовых норм. Таким образом, само посягательство не может осуществляться посредством изъятия компонентов организма человека, поскольку возможность осуществления такого изъятия лишь порождает и направляет преступление.

Если бы мы приняли в качестве достоверной гипотезу об отнесении использования фрагментов человеческого организма к числу признаков объективной стороны преступления, на практике это породило бы немало проблем. Правоприменителям пришлось бы рассматривать в качестве подобного вида убийства исключительно те случаи, при которых смерть наступила в результате изъятия биологического материала из организма потерпевшего. Важнейшим предметом доказывания в такой ситуации стал бы процесс непосредственного извлечения органов и тканей из тела живого человека - когда вред жизни потерпевшего был причинен при нарушении анатомической целостности его организма, что с неоспоримой закономерностью повлекло наступление смерти, являясь ее необходимым и главным условием. Однако при подобном подходе к трактовке деяния, предусмотренного п. "м" ч. 2 ст. 105 УК РФ, сфера применения указанного состава была бы неоправданно сужена. Не могли бы нести ответственность по этой статье лица, которые хотя и имели ту же самую цель при убийстве, но причинили смерть потерпевшему иным способом. По нашему мнению, не следует искажать букву закона ограничительным его толкованием.

Если же говорить о месте данного признака в структуре состава преступления, то цель использования трансплантатов, полученных в результате насильственного лишения человека жизни, должна быть отнесена к числу субъективных признаков убийства. Тем самым в полной мере будет реализован замысел законодателя, косвенно указавшего в законе форму вины (прямой умысел).

Некоторые ученые считают необходимым дополнить норму п. "м" ч. 2 ст. 105 УК РФ указанием на другие цели, схожие с использованием органов и тканей для трансплантации. В частности, Н.А. Колчина предлагает добавить в нее такую цель, как "осуществление религиозных или иных культовых обрядов либо каннибализма" <1>.

--------------------------------

<1> См. об этом: Колчина Н.А. Указ.соч. С. 83 - 84.

Как и в случае с уточнением цели принуждения к изъятию органов (ст. 120 УК РФ), мы согласны с тем, что описание данного признака можно расширить, чтобы охватить как можно больший круг общественно опасных деяний. Однако делать это посредством закрытого перечня не следует, поскольку такие формулировки заведомо ограничивают круг подпадающих под их действие общественных отношений. Оптимальным решением является, скорее, упоминание в статье "иного противозаконного использования".

Однозначно неприемлемым с точки зрения правоохранительной практики является предположение С.В. Павлуцкой, считающей, что изменение законодательной формулировки в данном случае не нужно, поскольку указанную в законе цель ("использование органов или тканей потерпевшего")" следует толковать расширительно, т.е. не только для трансплантации, но и для каннибализма, "ритуального" убийства и др." <1&